Часть пятая. Как описывать

Своя сторона

«Моя жена просыпается и благодарит меня за нашу любовь» — это не описание. Это присвоение чужой стороны.

Описанию подлежит только то, что находится в зоне вашей ответственности. Другой человек не описывается: ни его реакции, ни его мотивы, ни его состояние.

Основание не этическое, а механическое. Описание — это ход, а ход делается только на своей стороне. Описание чужой реакции превращается в ожидание, ожидание обуславливает, обуславливание переносит ответственность туда, где вы ничего не можете.

Из этого следует важное для всей второй половины книги: любое показание, требующее знать, что другой имел в виду, — не показание. Отваливается целый класс наблюдений, которыми люди обычно пользуются.

Что остаётся законным — фактура на вашей стороне. Не как отреагировали, а что фактически изменилось: здоровье, деньги, события, кто оказался рядом.

Почему без слов не получается

Различения бывают трёх видов, и они устроены по-разному.

Есть те, которые вы видите и без слова: два оттенка рядом различаются глазом, слово только ускоряет перебор.

Есть договорные: где кончается лазурный и начинается голубой — вопрос соглашения, а не зрения.

И есть составные. Признаки разнесены во времени, и различение не воспринимается — оно собирается. Такое различение без термина не существует вовсе, потому что не за что зацепиться.

Почти все термины этой книги — составные. Петля, вакуум, обход, безусловность. Слово здесь не ускоряет узнавание, а создаёт его. До того как у вас появилось слово «петля», трёх увольнений не существовало как одного события — было три разных истории про трёх разных людей.

Ещё одно свойство, полезное практически: однажды поставленное различение намеренно не снимается. Если вы научились слышать разницу между звуками чужого языка, разучиться слышать нельзя. То же у врачей на снимках и у дегустаторов. Без использования тускнеет, но не стирается.

Поэтому книга и устроена как словарь. Различение ставится один раз.

Зависание

Человек говорит: у меня всё встало. Работа идёт, деньги есть, ничего не рухнуло, но ощущение, что стоишь.

Обычно это лечат действиями: сменить обстановку, начать новый проект, поехать куда-нибудь. Иногда помогает, чаще нет.

Потому что зависание — не отсутствие действия. Партия зависла, если вы не можете назвать, чего не хватает.

Причём назвать нужно не решение, а дыру. Решение заранее не называется, и это нормально — про это следующая глава. Дыра называется всегда: не хватает денег, не хватает понимания, чем я вообще хочу заниматься, не хватает человека, который в этом разбирается.

Если не называется ни дыра, ни то, что изменится после её закрытия, — партия не зависла. Партии просто нет.

Выход из зависания — не действие, а добор языка. Читать, спрашивать, брать чужие описания, лезть в области, где для вашей ситуации слова уже придуманы. Это выглядит как бездействие и таковым не является.

С одной оговоркой, которую надо помнить постоянно: слово даёт различение, вес даёт отыгрыш. Назвать — не значит получить.